Она с трудом перевернула тело, вялое и безвольное. Теперь ей было ясно, что девушка, лежащая перед ней, мертва. Но взглянув на ее лицо, Талахасси вскрикнула и отшатнулась. Песок покрыл губы, набился в брови, зачерченные и удлиненные грубой косметикой. Но само лицо… нет!
Талахасси увидела, как в зеркале, собственное лицо! Было, конечно, кое-что не то: искусственно удлиненные к вискам крашеные брови, толстые линии, проведенные под закрытыми теперь глазами, более темная кожа, повязка на лбу, напоминающая нападающую змею.
— Египет! — прошептала Талахасси. — Египет и королевское… украшение. Эту диадему в виде змеи могла носить только женщина из Рода, близкого к трону.
Талахасси отползла назад и теперь дико озиралась. В этом месте песок был нанесен, может, ветром, а может, и человеком. Кругом простирались руины. Но Талахасси знала, что она все-таки на Земле! Дрожа от страха, она скорчилась у скалы и попыталась понять, что произошло. Тут не было разумного объяснения, да и вообще никакого объяснения не было!
Она все еще была в панике, когда услышала звуки — сначала слабые, они все усиливались. Такое же пение она слышала перед невероятным событием, происшедшим с нею.
И оно приближалось! Талахасси постаралась встать, но силы оставили ее, и она только плотнее прижалась к скале. Кошмар продолжался.
Слов песни она не могла понять, но догадалась, что поет ее не один человек. Она сделала еще одно отчаянное усилие. Надо спрятаться! Но здесь под палящим солнцем в этой пустыне, где не было ничего, кроме песка и камня, она не видела подходящего места.
Голоса внезапно смолкли. Послышалось звяканье систрума. Талахасси слабо улыбнулась. Египет! Но почему ее в бессознательном состоянии переправили в Египет?
И было так жарко, и так хотелось пить. Может, она больна, лежит в жару у себя дома и бредит? Или — вдруг мелькнуло воспоминание — это радиация. А что если высокая доза неизвестного излучения от анка вызвала галлюцинацию?
Она услышала резкий крик и повернула голову. Среди обломков стены появилась фигура и побежала к Талахасси. Это был человек, женщина в таком же белом одеянии, что и мертвая девушка. Но голова у нее была львиная, а на ней сияла золотая диадема из двух сверкающих перьев.
Существо бросилось к телу мертвой девушки, но затем увидело Талахасси и остановилось. Выражение львиной морды не изменилось, но из неподвижных губ полились слова. По интонации Талахасси догадалась, что ее о чем-то спрашивают.
Талахасси медленно покачала головой. Когда львиная морда приблизилась, Талахасси увидела, что это маска. Вместо глаз были отверстия, сквозь которые женщина в маске смотрела.
Женщина быстро повернулась к мертвой девушке и упала перед ней на колени. Львиная голова медленно раскачивалась то к мертвому телу на песке, то к Талахасси. Затем женщина нехотя протянула руку, взяла анк, но жезл не тронула. Она дважды протягивала к нему руку, как бы желая взять, но так и не решилась. Затем — Талахасси вздрогнула — вдруг подул такой холодный ветер, что в этом пропитанном солнцем месте он показался взрывом. Женщина встала и посмотрела в ту сторону, откуда пришел порыв ветра. Талахасси увидала в воздухе странное движение, как будто там кружились призраки.
Женщина в львиной маске поднялась. Из-под маски послышались слова, звучащие как проклятия. Она медленно водила анком в воздухе крест-накрест, как бы возводя защитную стену против чего-то, что силой врывалось в то место, где они находились.
Слабый толчок воли поддержал Талахасси, и она снова попыталась овладеть своим разумом. На этот раз она смогла встать. Издалека донесся слабый крик ярости, но было неясно — кричал ли кто на самом деле или ей это только показалось.
Однако движение в воздухе исчезло. Женщина некоторое время продолжала сквозь прорези маски вглядываться туда, откуда недавно грозила опасность. Однако то, что грозило им, уже ушло.
Маска снова повернулась к Талахасси. Женщина сделала резкий повелительный жест.
Повинуясь этому знаку, Талахасси помимо своей воли отошла от камня и пошла к жезлу. Ее пальцы еще раз охватили гладкую поверхность жезла и подняли его вверх. Незнакомка в маске стояла неподвижно, как статуя богини в древнем храме.
В знойном воздухе еще раз прозвучал ее голос. На ее повелительный зов прибежали еще две женщины в такой же простой белой одежде, как у мертвой девушки, с такими же косичками у плеч. На середину лба каждой из них свешивался золотой медальон в виде львиной головы, похожей на маску их повелительницы.
Они были явно поражены тем, что увидели, но по властному приказу хозяйки подняли мертвое тело. Талахасси было предложено идти за ними.
От этой страшной жары длинная юбка и блузка Талахасси плотно прилипли к телу. Она плелась за женщиной, не зная, что делать. Где она? Как она сюда попала? Она должна немедленно узнать, что все это значит, иначе она попросту спятит, если еще не спятила.
Когда процессия обогнула скалу, где разыгралась вся эта сцена, Талахасси увидела, что развалины находились на ее вершине. Внизу виднелись маленькие остроконечные пирамиды. Почти у всех у них вершины разрушились, сухая мертвая страна тянулась к единственному зданию с колоннами, в котором, казалось, сейчас шел ремонт.
Вид маленьких пирамид захватил внимание Талахасси. Она вспомнила изображения на хорошо знакомых ей фотографиях.
Не сам Египет, а Мерсе, земля, долго хранившая культуру Древнего Египта, земля, которая помогла трем фараонам завоевать север и возродить уже угасающую было страну Кема, что дало им право гордо носить двойную корону, Мерсе, о котором так мало было известно, и так много делалось догадок. Неужели перед Талахасси лежал теперь Мерсе? Возможно ли это? И как она попала сюда?